5 часть
читать дальшеДжек О’Нилл
Я плохо соображал.
Однажды мне уже пришлось совершить подобное, давно, в пустыне на границе Ирана/Ирака, когда я шел и полз в течение девяти дней. Никто и предположить не мог, что я сделаю это. Трудно поверить, что я справлюсь сейчас, хотя на этот раз дорога занимала всего шесть часов и меньше двадцати миль.
Я не помнил большую часть из происходящего, только мучительную боль в голове и ногах, оставляющих следы в пыли утрамбованной ровной дороги, проложенной ралстанцами от их города к звездным вратам.
Йошта вел себя по большей части тихо в моей голове. Его присутствие ощущалось лишь по неослабевающему невыносимому давлению. Иногда я чувствовал как он шевелится. Малейшее движение внезапной болью пронзало мой череп и вызывало головокружение столь сильное, что порою я вынужденно опускался на колени. Требовалась вся сила воли, какой я располагал, чтобы не закричать от понимания того, что именно я перевожу в своей голове. После четвертого приступа, я потерял счет тому, сколько раз мы были вынуждены остановиться, чтобы я смог восстановить равновесие.
Мы шли и шли пока, наконец, не остановились, и Дэниель и Ковачек не попрощались с ралстанцами. После этого мы припустили к звездным вратам.
Боже, пусть это сработает, молился я безмолвно.
И оно сработало. Устройство по выявлению гоулдов на вратах не отреагировало, когда Картер набрала адрес Земли Света, и я ступил на помост. Тяжело опираясь на плечо Дэниеля, я вступил в знакомый обжигающий до костей холод червоточины и с помощью Дэниеля удержал себя на помосте Земли Света. Врата конечно, по иронии находятся на темной стороне, но они были хорошо освещены переносными лампами от генератора доставленного нами. Я этого не осознавал тогда, как не заметил и освещения; единственное что я мог различить, так это генерала Хаммонда и Тилка возле него и рядом с ними людей которые должны были удалить неприятного пассажира из моей головы.
Я убрал свою руку с плеча Дэниеля, заставил себя выпрямиться и сделав три шага, отсалютовал своему командиру. После чего обратился к Гершоу, и хрипло доложив: "Мэм, ваш агент у меня", свалился наземь.
После этого мои воспоминания отрывочны; смутно вспоминалось как люди бегут ко мне, как стоящий надо мной Дэниель отталкивает их, чтобы освободить место, и как меня несут в палатку и кладут на кровать рядом с другим человеком, новым носителем Йошты.
- Полковник, - я едва слышу голос, как мне кажется, Гершоу. - Мы собираемся незамедлительно произвести перемещение.
- Хорошо, - шепчу я, - незамедлительно... это хорошо.
Как только я почувствовал первое извивающееся движение Йошты, обрушились волны мучительной боли, и стон вырвался из меня. Я мог чувствовать каждое движение, каждое подергивание тела змеи, вызывающие волны боли и тошноты во мне, и затем он вернулся извивающейся массой в мой рот, заполнив мой рот. Меня вывернуло, и он ушел.
И все же я по-прежнему мог чувствовать его. Вкус его сохранялся в моем горле, в моем рту, на моем языке: терпкий, горький, противный вкус, который я никогда не забуду.
- Боже, - задохнулся я. - Пожалуйста, воды.
Кто-то подал мне чашку, и я выпил, смягчая свое горло; затем меня снова вырвало, в попытке удалить вкус той твари, ощущение ее присутствия, избавить мое тело от малейшего следа памяти о ней.
Хаммонд был рядом, он поддерживал меня за плечи, Дэниель баюкал мою голову.
- Простите, - пробормотал я, - простите.
Я едва мог расслышать, как Хаммонд произнес утешая:
- Все хорошо сынок. Все хорошо. Ты справился. Все закончилось. Все закончилось. Тебе не о чем просить прощения.
Приблизительно в тот момент я и потерял сознание.
Генерал Хаммонд
Я бессчетное количество раз наблюдал за тем как полковник О’Нилл появлялся из звездных врат, но могу признаться что никогда не испытывал такого облегчения, как тогда, когда увидел как четверо человек, шатаясь, появилось из врат с Ралсты. Даже Гершоу улыбнулась.
Затем я внимательно посмотрел на О’Нилла, и заметил что он опирается на доктора Джексона, что он бледен, что пот стекает по его лицу, а глаза потемнели от боли, и мое сердце упало вниз. Я всегда много требовал от этого храброго человека, возможно на этот раз я потребовал слишком многого?
О’Нилл выпрямился, и, встав передо мной по стойке "смирно", отсалютовал; обычно он ничего подобного не делает, и я почувствовал, как улыбка появилась на моем лице.
- Полковник, - сказал я.
Он неловко повернулся к Гершоу, и проговорил голосом настолько грубым, что я бы ни за что не поверил что это его голос:
- Мэм, ваш агент у меня, - и упал замертво.
Я рванулся вперед, взял его за плечи; тут же Тилк, наклонился и, подняв его на своих руках, отнес в ближайшую палатку, где его дожидался новый носитель.
Я обратился к Гершоу.
- Советник, нужно удалить это существо из него.
- Да, генерал, мы немедленно проведем процедуру.
Она повернулась к О’Ниллу.
- Полковник, мы собираемся незамедлительно произвести перемещение.
- Хорошо, - прошептал он, - незамедлительно... это хорошо.
О’Нилл задыхался, дрожал, стонал от боли, метался на кровати, затем это существо появилось из его рта и тихо скользнуло в нового носителя. Я не следил за Рутаном, я сосредоточился на О’Нилле, который тяжело дыша лежал на койке.
- Боже, - простонал он. - Пожалуйста, воды.
Я придерживал его за плечи, пока Дэниель помогал ему напиться. Затем неожиданно О’Нилл задохнулся, его вырвало, и он закашлял бормоча "простите", "простите" много раз.
Ох, Джек тебе не за что извиняться. Это я тот, кто должен извиниться перед тобой, попросить прощение за то, что потребовал совершить далеко выходящее за рамки служебного долга.
- Все хорошо сынок. Все хорошо. Ты справился. Все закончилось. Все закончилось. Тебе не о чем просить прощения.
Полковник безвольно обмяк в моих руках.
- Гэршоу! - заорал я.
Она вернулась ко мне, оттянула одно веко О’Нилла, пощупала его пульс.
- Он реагирует не должным образом, - сказала она с волнением в голосе.
- Отара, - позвала она, призывая одного из присутствующих ток’ра. Тот ушел и вернулся через несколько минут.
- Он должен выпить это. Это поможет ему расслабиться. Его организм пережил шок. Иногда бывает плохая реакция...
- Плохая реакция? Такая как эта? На соединение? Советник вы не предупреждали об этом.
Я пристально посмотрел на Гершоу с внезапным подозрением, что было нечто еще, о чем нам не рассказали.
- Как я уже говорила, генерал Хаммонд, это неожиданность. Настоящее слияние ослабляет носителя на несколько часов. О’Нилл не только пережил травму от соединения, он не дал своему телу достаточно отдохнуть перед обратным путешествие к вратам и проходом через них.
Я снова уставился на нее, и она, наконец, встретилась со мной взглядом.
- При незаконченном слиянии, носитель не получает выгоды от нашей способности управлять реакциями тела как это происходит при объединении.
- И к каким последствиям это может привести?
- Повреждения отдельных тканей тела, обычно незначительные, сильная боль.
Я посмотрел на человека лежавшего без сознания на моих руках, затем оглянулся в поисках Тилка.
- Гершоу, мы заберем полковника О’Нилла на Землю. Майор Ковачек может остаться пока вы дожидаетесь завершения слияния Йошты и отчета от него о том, что он знает.
Я пристально посмотрел на нее.
- Я вернусь.
Доктор Джексон набрал адрес на наборном устройстве, майор Картер послала код для открытия диафрагмы и мы спешно прошли сквозь врата.
Доктор Фрейзер ждала у основания пандуса.
- Что случилось? - спросила она.
Джексон дал ей быстрый отчет по всей ситуации, и мы поспешили по коридору позади джаффы, который осторожно нес полковника.
Я ожидал в коридоре с командой О’Нилла пока доктор Фрейзер осматривала впавшего в кому офицера. Она вернулась через 15 минут, и едва появившись из комнаты, покачала головой.
- Сэр, я не знаю, что происходит. Его пульс учащен, дыхание поверхностное, кровяное давление скачет. Он в полусознании, бредит и мало что осознает, но..., - она пожала плечами. - Но, на мой взгляд, еще рано говорить о том, что произошло. У него что-то вроде реакции на присутствие паразита. Если бы у нас было больше информации, это бы могло помочь, сэр. Мы можем получить какую-нибудь помощь от ток’ра?
- Чертовски верно, - я оглянулся. - Майор Картер, Тилк, за мной.
- Сэр... - начал было Дэниель.
- Оставайтесь с полковником. Мы вернемся. Хорошо позаботьтесь о нем, доктор.
Я быстро проследовал обратно по коридору, вошел в комнату отправки и закричал технику:
- Сержант, набирайте Землю Света.
- Да, сэр.
Набор, казалось, занял вечность. Но я знал что как обычно прошло всего несколько минут прежде чем процесс набора был завершен и во вратах сформировалась червоточина.
- Пошли, - отрывисто приказал я, и шагнул во врата.
Доктор Джанет Фрейзер
В такие дни как эти, я проклинаю себя за то, что взялась за эту невозможную работу. Мы ничего не знаем об этих инопланетянах, этих паразитах, за исключением того, что мы точно не обладаем технологией по их удалению. Если бы я когда-нибудь смогла бы заполучить несколько существ, чтобы провести на них кое-какие тесты.
После того как мы помогли Картер выжить после смерти Джолинар, нам не приходилось иметь дела с человеком, который бы приютил в себе без слияния гоулда и которого бы паразит после этого оставил.
Я просмотрела результаты последней серии анализов, и мне не понравилось то, что я увидела, не понравились все они. Спешно вернувшись к О’Ниллу, я еще раз осмотрела своего пациента, лежавшего с закрытыми глазами: лихорадка, полуобморочное состояние, отдышка. Мониторы показывали, что его жизненные показатели нестабильны и балансируют на самой грани. Ничего из этого не имело никакого объяснения.
Тело беспокойно шевельнулось на кровати и что-то пробормотало.
- Полковник?
Он открыл глаза, карие глаза медленно оглядели комнату: дезориентировано, рассредоточено, точно он был накачан наркотиками, хотя в его организме не было обнаружено ничего необычного.
- Полковник?
- Ушло? - спросил он хриплым огрубевшим голосом. - Оно ушло?
- Да, полковник, мы сделали сканирование. Ничего не осталось от присутствия ток’ра в вашем организме. Как и никаких маркеров в крови. Все закончено, сэр.
- Не ощущается... что оно ушло. Чувствуется, - он дугой выгнулся на кровати, застонал от боли и пот покатился с его лба.
Я схватила салфетку, вытерла лицо и лоб, и заговорила успокаивающим тоном:
- Тише, сэр, тише. Генерал вернулся, чтобы поговорить с Гершоу. Когда они узнают что происходит, они подскажут, что нужно сделать.
- Просто... убрать это... из моей головы.
- Сэр, его уже нет. У вас непонятная реакция на него.
- Такого... не было... прежде, - задохнулся он.
- Я знаю, сэр. Мы знаем. Ни с чем подобным мы прежде не сталкивались. Но мы позаботимся об этом. Мы работаем над этим. С вами будет все в порядке, сэр.
- Проклятые змеи, - пробормотал он.
- Да, сэр, - согласилась я, вытирая его лоб. Мне не нравилось, что у него поднялась температура, которая буквально излучалась от его тела. Температура дошла до сорока градусов. Я повернулась к сестре.
- Принесите сюда охлаждающее одеяло, - распорядилась я, продолжая протирать его лицо, грудь и руки прохладной водой.
Его дыхание, казалось, стало более шумным. Я через коммутатор связалась с одной из сестер, и приложила стетоскоп, чтобы прослушать его сердце и легкие. И то что я услышала меня нисколько не ободрило. Его дыхание ухудшалось, в горле появились хрипы. Что ж, если змея вошла через горло и у него наблюдалась какая-то реакция на это...
Я посмотрела через комнату туда, где Дэниель стоял, привалившись спиной к стене и молча наблюдая. Обеспокоенный взгляд на его лице вероятнее всего ни чем не отличался от моего.
Снова внимательно взглянув на пациента, я спросила:
- Полковник, мне нужно взглянуть на то, что происходит с вашим горлом.
Меня ободрило то, что он был достаточно восприимчив для того, чтобы открыть глаза и с удивлением посмотреть на меня. Но когда я попыталась взять мазок, он стиснул рот, сопротивляясь позывам к рвоте. Как бы он ни был болен, он был достаточно силен.
- Сэр, пожалуйста, мне всего лишь нужно дотронуться тампоном до вашего горла. Больше ничего. Хорошо?
Он снова посмотрел на меня, но я не была уверена, понимает ли он хоть что-нибудь из того, что я говорю. Я сделала еще одну попытку и снова он одержал верх в тот момент, когда я почти добралась до задней части его языка шпателем. Я получила слабое представление о скверной ране в его горле, только то, что кровь сочится из нее вместе с какой-то прозрачной жидкостью. Мне нужен был образец.
«Поспешите, генерал», думала я, «поспешите». Дела шли все хуже и хуже и у меня было плохое предчувствие что с полковником в любой момент может случиться кризис.
После второго прослушивания его сердца и легких стало очевидно, что его дыхательная система с чем-то борется. Боже, я не хотела применять седативные средства, так как не была уверена, ухудшит ли это положение или нет, но у меня не было выбора.
- Полковник О’Нилл?
Его веки едва затрепетали. Его глаза не оставались открытыми больше нескольких секунд.
- Полковник, я вынуждена дать вам снотворное, чтобы получить образец. После этого мне придется подсоединить трубку, чтобы помочь вам справиться с дыханием, пока мы не решим эту проблему. Хорошо, сэр?
Ответ был неразборчивым, но я расценила его как согласие и без особой охоты потребовала принести трубку. Добавив снотворное в его капельницу, я подождала пока оно окажет воздействие, и приступила к процедуре. Как только он успокоился, я отсосала кровь из раны и осторожно просунула тампон в его горло. Мне не понравилось то, что я увидела.
- Все еще кровоточит, - сказала я медсестре, – отек и повреждение тканей серьезней чем я ожидала.
Я отдала ей полученный мазок.
- Отнесите в лабораторию. Мне нужно знать что происходит.
Подсоединение пациента к трубке ювелирная, но простая процедура. Нужно, используя ларингоскоп, увидеть горло изнутри, и вставить маленькую, размером с тонкий карандаш трубку, чтобы обеспечить поступление воздуха через поврежденные отекшие ткани, перекрывающие горло, и предотвратить удушение. Я выполняла эту процедуру много раз, поэтому на мгновение была просто ошеломлена, когда увидела что происходит.
- Проклятье, - пробормотала я, делая новую попытку ввести трубку.
- Отсос.
Сестра очистила область от крови и жидкости, закрывших область вокруг раны, и я во второй раз попыталась протолкнуть трубку мимо опухоли.
Вздохнув, я отступила, наблюдая, как медсестра лентой закрепила трубку.
- Мы сделали это полковник. Теперь только держитесь, сэр, - сказала я ему тихо. – Мы вытащим вас из этого.
окончание следует